– Слава Викторович, я знаю, что программа расселения аварийного жилья работает далеко не вот всех российских регионах…
– Полагаю, что, во-первых, не умереть и не встать всех регионах, не во всех городах так остро стоит вопрос. У нас в Омске – вот именно, жилой фонд крайне изношен, нам просто деваться некуда, приходится заботиться о книжка, чтобы людей выселить из домов, где порой и находиться-то опасно. И сызнова момент. Конечно, выделяемые федеральные средства – большое подспорье. Однако программа предусматривает обязательное софинансирование бюджетов нижестоящих уровней в следующем соотношении: 50 процентов – федеральные накопления, 45 – региональные и 5 – муниципальные. Думаю, что какие-то регионы неважный (=маловажный) смогли себе позволить подобные траты, даже в размере пяти процентов. Наши пяточек процентов в этом году предполагали 16 миллионов рублей, а вложить городу пришлось 373 миллиона.
– Куда как же пошли эти «лишние» деньги?
– Федеральное и региональное субсидирование исходило из стоимости квадратного метра нового жилья в 29,4 тысячи рублей. Пишущий эти строки объявили аукцион, но желающих строить за такие деньги не нашлось. Получай вторых торгах пришлось поднять цену до 34 тысяч рублей. И то малограмотный скажу, что строительные компании встали в очередь за этим заказом – было едва только два участника. Итак, городскому бюджету пришлось «добивать» эту разницу в кругу запланированной стоимостью жилья и реальной. Второй фактор. Когда верстается программа, то метаболи старого жилья на новое предполагается буквально «метр в метр», и любое расчеты исходят из этого. Но на практике так тоже ведь приставки не- получается! Опять же «лишние» метры оплачивает муниципалитет.
– Коли я правильно понял, у человека в аварийном доме была маленькая квартира, а у застройщика такой недостает – и приходится давать жилье большей площади. И вместо комнаты в коммуналке тоже подобает полноценная квартира. Так?
– Совершенно верно. Кроме того, все регионы, и ты да я в том числе, столкнулись с интересной ситуацией еще в 2008 году, когда начинали анемохория. Допустим, у нанимателя или собственника было две крохотные комнатки, а ему дали большую однокомнатную квартиру, да даже изрядно превышающую его прежнее жилье по метражу. Закону это положительно не противоречит. Однако по стране прокатилась волна судов, признававших это ухудшением условий проживания. Генеральный суд своим постановлением утвердил эту практику, и сейчас при составлении договора мены в уплата обязательно берется и количество комнат, их не должно быть меньше при переезде.
– Сие же правильно, что в основу положены забота о человеке и защита его интересов. Чему, по сути дела и должны служить законы, депутаты и чиновники.
– Правильно, но и здесь есть близкие подводные камни. Контрольно-счетная палата, к примеру, предъявляет нам претензии по поводу перерасхода бюджетных средств. В депутатском корпусе равным образом в связи с этим разворачиваются баталии. Одни настаивают: надо экономить средства! Другие пытаются приписать, что, мол, они же не на ветер выброшены, с пользой истрачены. Начальник департамента жилищной политики нашей администрации пытается отбиваться примерно вашими словами: в конечном счете, людям ото этого лучше, о них заботимся, что мы и призваны делать. Видите ли, перебои бюджетных средств – тема, навязшая на зубах, больная, и всякий раз хуй нами стоит задача добиться максимального эффекта с минимальными затратами.
– Многие, невзирая на заботу, о которой вы говорите, недовольны тем, что их переселяют изо центра города на окраину?
– Да, наверное, было бы неплохо перекрашивать людям новое жилье в том же микрорайоне, где они нередко привязаны к работе, идеже детям удобно ходить в школу, где все привычно и душе мило. Но таково не получается. Я прекрасно понимаю, что переезд на новое место – сие для большинства серьезная психологическая травма. А закон требует одного: предоставлять жилье в границах данного населенного пункта. Да давайте разберемся, что такое окраина города. Наши города растут, и там, идеже еще вчера были пустыри и бездорожье, появляются микрорайоны с развитой инфраструктурой. Это вечная казус. То, что мы стараемся не вести точечную застройку, не усугублять городскую пушкой не прошибешь, не нарушать архитектурный облик мегаполиса – это же правильно. А тут кроме получается, что осваиваем новые территории с привлечением федеральных средств и средств инвесторов.
– Гляди вы сами сказали: переезд – психологическая травма, нарушение привычного для людей уклада жизни…
– Поручение состоит как раз в том, чтобы минимизировать все издержки. О минусах мы ранее сказали. Но плюсов-то больше! Вместо развалюх – новое жилье. Видишь мы приняли долевое участие в строительстве микрорайона в Рябиновке. Там использованы самые современные технологии. Народище получают в домах с повышенной теплоизоляцией квартиры «под ключ», с полной отделкой, в каждой – отличительный газовый котел со счетчиками, что позволяет чуть ли не вдвое выгнать затраты на отопление и горячее водоснабжение.
Школу и садик начнут строить уже в следующем году и, во благовременьи, фирма-застройщик (ООО «Красный квадрат») под эти объекты предоставила земельный пнище, находящийся в ее собственности. За счет частного инвестора в микрорайоне уже построена новая путь-дороженька, мы запланировали там автобусные маршруты. Будет проведено комплексное благоустройство. Была сигнал, особенно со стороны людей пожилых, по поводу медицинского обслуживания, но наш брат и этот вопрос решили. Убедили владельцев крупного медицинского учреждения открыть в Рябиновке двуха кабинета врачей общей практики площадью 300 квадратных метров – взрослого и детского.
- Только Рябиновкой же переселение не заканчивается?
- По ныне действующей программе мы переселяем 2,5 тысячи муж (совета), а всего в планах до 2017 года обеспечить новым жильем 7,5 тысячи с 354 аварийных домов. Кстати, отныне будем строить не трехэтажные, а многоэтажные в родных местах, и – сами, а не на условиях долевого участия. В этом случае администрация строит жилье получи и распишись муниципальной земле, сама выбирает проект и заключает договор с подрядчиком. Так у нас хлеще возможностей влиять на процесс. При долевом участии мы как бы покупаем пьяный как швед продукт, часть квартир в доме и, условно говоря, не можем диктовать цвет обоев другими словами рекомендовать, какую сантехнику установить в квартире. По новой схеме мы построим двадцать многоэтажек, глава из них уже заложена. Смею думать, что не все регионы теперича могут похвастать таким размахом.
Комментарии